Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

alina

(no subject)

alina

Когда в последний раз рисовала – пятый вопрос флешмоба

В последний – уже не помню. Зато хорошо помню, что рисовала с детства. Принцев и принцесс. Часами, не останавливаясь. Нарисовав звездную пару, обязательно указывала, что это уже взрослые половозрелые особи – «ей примерно 12, а ему примерно 13».

Вообще рисование у меня всегда четко увязывалось с сексом – даже когда я еще не знала ни этого слова, ни этого действа. Куколки мои были очень трогательными и сексуальными. Я изображала их на картоне в купальниках, а потом пририсовывала им бумажный гардероб. За этими произведениями искусства стояла очередь из дворовых подружек – мы очень любили эту игру.

А потом я пошла в школу и подружилась с сестренками-близняшками Волобуевыми. У Оли и Лены папа был настоящий художник и сами они рисовали великолепно. Я поняла, что ловить мне тут нечего и занятие это совсем забросила. На уроке рисования, впрочем, изобразила как-то Венеру Милосскую – срисовала из «Легенд и мифов древеней Греции» - и вызвала полное непонимание и насмешливое удивление как училки, так и одноклассников. На дворе стояли глухие семидесятые и подобная «порнография» не поощрялась совершенно.

Затем я поступила на архитектурный факультет и рисование стало одним из важнейших предметов на целых пять лет. Архфак был выбран родителями по принципу «сначала стань инженером, а потом делай что хочешь». Дед обсудил проблему с коллегами из политехнического, сформулировав ее примерно так: «что делать с ребенком, у которого в голове только книжки и тряпки?» Коллеги пришли на корпоративную выручку, заодно вспомнив про собственных детей, которым тоже придется куда-то поступать. Их вердикт был обнадеживающим: «сделаем из нее архитектора на раз – и не таких дебилов обучали».

Архфак был очень престижным факультетом и ребята там собрались умные и способные. Все они неплохо рисовали и любили чертить, во что я поначалу просто не могла поверить – как можно любить это мелкое, ничтожное, выматывающее душу занятие? Помню на первом уроке по спецпредмету перед нами поставили античную вазу, всю в медальонах и завитушках, и потребовали отобразить ее на бумаге. Мы возроптали – как можно вычертить завитушки? На что наш преподаватель, пижон и краснобай по имени Саша Суворов, надменно заявил: вы архитекторы – значит обязаны вычертить все что угодно. И мои одногруппники засопели, вооружившись лекалами и линейками. А я так и сидела, потрясенная подлостью окружающих – обещали ж научить, а сами издеваются!

Но это были еще цветочки. Потом пошла начерталка, которую человеку без пространственного мышления никогда не освоить. Этот ужас я купировала тем, что переводила английский и писала акварельные натюрморты в обмен на чертежи. Кстати, натюрморты у меня выходили блестяще. Они были живыми и чувственными, как и наброски людей в движении – я просто выплескивала на бумагу свое нерастраченное и неосознанное либидо. Наш учитель рисунка Иван Емельяныч, который входил в аудиторию со словами «Всаживайтесь, товарищи», не знал, как к этому отнестись. Он был человеком старой закалки, исповедовал в живописи простой принцип «всех красок поровну» и, рисуя любимую жену в разных видах, не забывал тщательно изобразить помаду на ее губах. Короче, я получала четверки с плюсами – без всяких объяснений почему не пять. Хотя бы с минусом…
alina

Ивритские истории

Первое, что понравилось мне в Израиле - это учебник иврита. Вместо "Вася ходит в школу", "Петя - хороший пионер" и "Мы не рабы" с первых же слов: братья, сестры, родители,племянники. Мешпаха, короче. А в конце урока вывод: "мешпаха Леви - большая мешпаха, тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не сглазить!" (Бли айн а-раа).

Диалог в ивритской азбуке
- Давид, у тебя есть квартира?
- Нет еще.
- А у Ицхака и Моше есть. А машина?
- Тоже нет...
- А у Ицхака и Моше уже есть. А что у тебя вообще есть, а, Давид?
- Много-много терпения.
- И это все?!
Давид звереет и теряет свое хваленое терпение:
- Нет, не все. У меня еще есть такой хороший друг как ты!
За такой учебник можно полюбить и сам язык.

Стоим в очереди. Подходит старая израильтянка и спрашивает:
- Ми ахарон? (Кто последний?)
- Анахну ахрона, - отвечаю радостно ( мой иврит еще в зачаточном состоянии)
- Анахну ахроним, - поправляет меня Саша.
- Нет, девочки, анахну ахронот - мы же все-таки женщины.
И тут вступает в спор старая "израильтянка":
- Мне кажется, ваша подруга права. Хотя кто его знает - я ведь ивритом почти не пользуюсь.
alina

Как перестать ошибаться и начать жить

Когда я была маленькая… правда хорошее начало? Давно мечтала начать так что-нибудь. Ну так вот, когда я была маленькая, я жила с бабушкой и дедушкой.Так сложилось, что ни мамы, ни папы у меня не было. Бабушка и дедушка были людьми как нельзя более подходящими для воспитания детей. Они жили в красивом городе Львове – в самом его историческом центре. Были по профессии педагогами – а дедушка так даже профессором университета. Они многого добились в жизни и растили ребенка, неожиданно свалившегося им на голову, в комфорте и с удовольствием. И ребенок – в смысле я – поначалу оправдывал ожидания. Он был живой, развитый и подавал определенные надежды .В частности надежду закончить школу, куда-нибудь поступить и защитить диссертацию. Что было очень модно в то время. А на Новый год в нашей пятикомнатной квартире устраивались елки под потолок и приглашались дети соседей. Эти дети жили в подвалах и туалет у них был один на всех, во дворе - так построены старые львовские дома.

К чему это я? Ах да, к вопросу об ошибках.

Collapse )
--------------------------------------------------------------------------------